Быть Украине научной державой

Yarmoluk.JPG.pagespeed.ce.x2JUCsde0LЯрмолюк Сергей Николаевич
доктор химических наук, профессор,
заведующий отделом комбинаторной химии
Института молекулярной биологии и генетики НАН Украины
sergiy@yarmoluk.org.ua; www.yarmoluk.org.ua

Случайно прочитал в газете «2000» статью бывшего инженера, а ныне «ученого» -журналиста Александра Сасовского о состоянии украинской науки (2009, № 1-2 (445). Статья «Белоцерковского ученого» у меня, кто всю свою жизнь, начиная со школьных олимпиад, посвятил академической науке, вызвала чувство отвращения к чему-то неопрятному, непрофессиональному, щедро сдобренному давно подзабытыми рекламными стереотипами советского образца. Похоже, что товарищ инженер Александр Сасовский или никогда не знал правды о украинской академической науке, или просто не хочет ее писать. Может инженер, не имеет кандидатской степени, опыта работы хотя бы в среднем звене научного учреждения, что бы системно анализировать состояние дел в Академии наук в нынешних украинских реалиях? Очевидно, что нет. Вопрос второй: вообще работал ли выдающийся белоцерковский ученый А. Сасовский в системе Академии наук? Похоже, что тоже нет.

Достаточно простой поиск в Google обнаружил, что Александр Николаевич Сасовский является штатным журналистом еженедельника «2000» в Белой Церкви. В одном из своих материалов он писал: «… Я раньше работал в НИИ, который изучал вопросы безопасности и охраны труда …» (http://www.ukrrudprom.com/digest/rud220708pro.html ). Насколько мне известно, в системе Академии наук УССР научно-исследовательского института такого профиля не было. Дополнительный поиск в Google показал, что у ученый А. Сасовский не имеет никакой научной публикации на украинском, английском или русском языке, последний, кстати, он так горячо защищает на страницах еженедельника «2000».

Этот факт свидетельствует о том, что будущий специалист по стратегическому развитию украинской национальной науки, товарищ инженер А. Сасовский, не работал в упомянутом выше НИИ. Каждый академический ученый в те далекие времена знал, на каком «высоком» уровне была наука в советских НИИ по вопросам охраны труда. А вот знают ли молодые украинские ученые, как на самом деле жилось и работалось молодым инженерам 80-х годов в Академии наук УССР?

Начитается молодежь всевозможных глупостей ученого-инженера вперемежку с выдержками из «постановлений ЦК КПСС в развитии и укреплении советской науки» и, действительно, начнет верить в эту ерунду. Это и побудило меня поделиться своими воспоминаниями и некоторыми мыслями про академическую науку в Украине. Хочу подчеркнуть, что я не пишу ни о перспективах развития, ни о реформировании Академии, я просто хочу развеять некоторые мифы.

Товарищ А. Сасовский плодотворно поработал, его статья «Не быть Украине научным государством» значительная по объему – почти на страницу еженедельника «2000». Если коротко, то суть этой эклектической смеси всевозможных глупостей и измышлений советского образца основывается на одном тезисе – наука в Советском Союзе процветала. С провозглашением независимости Украины начались все ее беды и проблемы. Будущего украинская наука не имеет. Одним словом, «come back in USSR».

Чушь номер один о «достаточное и равноправное финансирование советской науки». Цитируем А. Сасовского: «Для этого выделялось достаточное финансирование, работала одна из лучших в мире систем по обеспечению прикладной и фундаментальной науки необходимыми материально-техническими и информационными материалами, готовились молодые перспективные кадры. И никто не делил тогда науку на украинскую, казахскую или эстонскую, это нынешние периферийные политические лидеры в своих удельных вотчинах время от времени обожают порассуждать о национальной науке, особенно исторической, как о самой передовой и перспективной

Делили, товарищ А. Сасовский, еще и как делили на отраслевую, академическую, такую, что работает на оборону, и такую, которая не нужна ни обороне, ни государству. Все эти «разновидности» советской науки отличались соответственно и размерами финансирования и зарплат ученых. Это Вы должны помнить, товарищ инженер А. Сасовский, как бывший сотрудник советского НИИ.

В то же время в финансировании российской, украинской и казахской «национальных наук» были огромные диспропорции, которые обуславливались не русским великодержавным шовинизмом, а собственно, самой советской системой распределения средств. Центральный научный центр получал больше, республиканские – меньше, периферийные – что осталось.

В конце 80-х годов я учился в аспирантуре Новосибирского института биоорганической химии СО РАН СССР. Этот институт был обеспечен прекрасным иностранным оборудованием, компьютерами, имел практически неограниченные квоты валюты на закупку реактивов, доступ к зарубежной научной литературы. Ученые из украинского Института молекулярной биологии и генетики АН УССР не имели доступа к научной информации, возможности покупать иностранные реактивы в нужном количестве не были обеспечены современными приборами. Мои старшие коллеги рассказывали, что московский Институт биоорганической химии, возглавляемый членом ЦК Ю.А. Овчинниковым, получал столько валюты на приобретение оборудования и реактивов, сколько вся Академия наук Украины.

Сейчас, к сожалению, советская система распределения средств в значительной степени сохранилась. Однако так же, как на Западе, государственное финансирование должно лишь минимально обеспечивать средствами научные подразделения, остальные деньги ученые должны зарабатывать на конкурсной основе через так называемую систему грантов. Такие национальные украинские фонды уже существуют одновременно украинские ученые могут подавать проекты до европейских, американских и смешанных украинского-западных научных фондов. Если вы убедите фонд, в том, что ваши исследования актуальны, соответствуют его научной тематике, что вы квалифицированный ученый, имеет публикации в научных журналах с высоким индексом цитирования, то получите финансирование. Это даст вам возможность покупать любое оборудование, платить сотрудникам достойную заработную плату. Лабораторий по грантовым финансированием, товарищ А. Сасовский, в Украине много. Показательно, что они расположены не только в Киеве, но и в Харькове, Донецке и других украинских научных центрах.

Чушь номер два об отраслевых НИИ. В своей статье, полемизируя с академиком В. Локтевым, инженер по технике безопасности А. Сасовский пишет: «… Не могу также согласиться с сетованиями автора (В. Локтєва, прим. С. Ярмолюка), что в исчезновении целой системы прикладных НИИ виновато только украинское государство… Именно Академия наук, г-н Локтев, во многом виновата в том, что исчезла отраслевая наука и центры ее сосредоточения – отраслевые НИИ».

Думаю, товарищ инженер должен знать, что в советские времена так называемые отраслевые НИИ не принадлежали к системе Академии наук, и обвинять академиков НАН Украины в том, что в смутные девяностые годы они не поддержали, а развалили систему прикладных НИИ, очень и очень странно. Как развалить или сохранить то, что тебе не принадлежит? Пользуясь случаем, хочу отметить, что эти же академики сохранили свои академические институты, научные школы, «потрьопание в боях» научные коллективы.
Причина развала отраслевых НИИ заключается в другом, товарищ А. Сасовский, прежде всего в структурных изменениях, которые произошли во всех республиках бывшего СССР. В одной из своих заметок Вы писали: «… Был на аналогичном предприятии, которое расположено в центре города Риза, это в Германии …». Если Вы не лукавите и действительно там были, то должны знать, что так называемая отраслевая наука на Западе сосредоточена в основном на частных фирмах, ее финансируют частные владельцы, чтобы получить прибыль. Почему украинское государство должно на наши с вами налоги финансировать будущие прибыли наших магнатов? В Советском Союзе, товарищ ученый-инженер, были государственные заводы и, соответственно, была государственная отраслевая наука, которая их обслуживала.

Государство должно развивать так называемую академическую науку, поскольку никто из частных владельцев не будет вкладывать деньги в дело, которое будет давать прибыль через двадцать или тридцать лет. Кроме того, академическая наука является источником кадров и знаний для национального бизнеса. Например, когда лет десять назад в Киеве начали основываться фирмы с ДНК-диагностики, почти все они сначала черпали кадры и знания академического государственного Института молекулярной биологии и генетики.
Государство должно поддерживать так называемую науку по контролю качества жизни своих граждан. Оно должно финансировать научные учреждения, где разрабатывают методы контроля качества продуктов, воды, воздуха, следят за безопасностью труда. Хочу Вас заверить, товарищ А. Сасовский, что украинское государство сохранило ведомственное научное учреждение, в котором Вы, возможно, работали. Сейчас оно называется «Национальный научно-исследовательский институт промышленной безопасности и охраны труда». Может, вернуться Вам в родное учреждение и поработать по специальности на благо украинских граждан, а не писать для них байки- ерунды о неперспективности развития украинской национальной науки?

Чушь номер три на «волне национализма». «...УАН десятилетиями накапливала проблемы, о которых не принято было распространяться, в научной среде было мало места новациям, зато в последние десятилетия здесь расцвели невежество, подхалимаж и кумовство. Особенно это было заметно выпускникам московских, ленинградских, томских, других российских вузов, где, в отличие от Украины, научная и преподавательская деятельность сопровождалась большим раскрепощением мысли, спокойными и добрыми человеческими отношениями, уважением научного авторитета без подобострастия и заискивания…»

В 1979 году я пришел на работу в родной ИМБиГ в соответствии с процедурой, которая в те времена называлась «распределением». Интересно, как Вы, товарищ Сасовский, попали на работу в свой НИИ по безопасности труда? Заканчивали в те времена ВУЗ? Или за Вас этот научной опус написал кто-то другой? Молодой журналист, который не понимает сути такого советского феномена, как «распределения»? Хочу Вас заверить, молодой и перспективный Журналист, что идеологический отдел ЦК КПСС четко следил за тем, чтобы выпускники украинских вузов ехали в Сибирь или другие российские провинции, а российские выпускники – в Украину и азиатские республики. Поэтому писать о локальной концентрации национальных кадров – большая глупость. Среди украинских академиков и докторов наук многие выпускники российских вузов, поэтому можно считать, что «большое раскрепощение мысли, спокойные и добрые человеческие отношения» хорошо укоренились на украинской почве.

Чушь номер четыре о финансировании науки в независимой Украине. «Конечно, слабое финансирование науки негативно сказывается на ее результатах, однако не стоит забывать: теория относительности Эйнштейна появилась при помощи одних «мысленных экспериментов», как называл это сам физик, когда в работе он использовал лишь чернила, ручку, бумагу и трубку».

Простите, товарищ Сасовский, но Вы лукавите. Я уверен, что в газете Вам заплатили вовсе не «Мысленный», а конкретный материальный гонорар за эту низкокачественную статью. А ученые, на Ваш взгляд, должны «мысленно» представлять, что они получают хорошую зарплату?

Если серьезно, то подобные высказывания свидетельствуют о полном непонимании современных тенденций мировой науки, основанные на ускоренном развитии нано- и биотехнологий. Эти так называемые высокие технологии требуют огромных финансовых вложений и высококвалифицированных, а значит, с хорошей зарплатой, кадров. Хочу Вас огорчить, товарищ ученый-инженер, но для этих технологий специалисты Вашего профиля с «мысленных» экспериментов не нужны.

Чушь номер пять. Цитирую товарища А. Сасовского: «Мачеха Украина распорядилась таким богатством в лучших традициях народных героев «Кайдашевой семьи», выкорчевывая из голов людей русский язык, а вместе с ним доступ к лучшим образцам мировой художественной, научной, технической литературы. И произошло все это тоже с молчаливого согласия и при непосредственном участии Академии наук Украины. Так что требовать от научных работников соответствия их исследований общемировым стандартам и тенденциям, как этого хочет академик Локтев, уже неуместно – и время ушло».

Товарищ инженер А. Сасовский, в НИИ по охране труда, где Вы работали, знание русского языка было действительно критическим. «Научная деятельность» Ваших коллег заключалась в переписывании (плагиате) нормативов и инструкций, разработанных российскими учеными. Язык же серьезной академической науки – английский, это и есть те «соответствия их исследований общемировым стандартам и тенденциям», которые Вам, уважаемый «ученый», не знакомы. Академик Локтев хочет, чтобы как можно больше работ украинских ученых были опубликованы в престижных, с большим индексом цитирования англоязычных изданиях, там, где смогут с ними ознакомиться ученые всего мира. Гордость любого серьезного академического ученого – это его англоязычные статьи в ведущих мировых научных журналах, а не труда на русском или украинском языках.

В национальном научном процессе важная роль отводится национальном языке, в нашем случае – украинскому. Во-первых, украинский язык должен использоваться в подготовке научных кадров. Молодого ученого проще научить писать научные статьи, тезисы, проекты украинской, чем на английском. Во-вторых, есть широкий круг читателей, которые в совершенстве не владеют английским, для них ученый должен писать научные и научно-популярные статьи национальном языке. Это учителя и преподаватели высших учебных заведений, агрономы, работники медицинских и производственных лабораторий и т.д. Третье и самое важное: украинский язык способствует национальному, патриотическому воспитанию молодых ученых. На мой взгляд, наука должна быть международная по содержанию и глубоко национальная по своей сути, по своим носителями – учеными. Эта формула позволяет национальным ученым благодаря владению английским языком, принимать участия в международных научных конференциях, стажировке за рубежом знакомиться с мировым научным творчеством и применять эти знания для развития своей страны. Эта закономерность сработала сначала в Японии, затем – в Корее и Китае. Ее нарушение негативно влияет на национальный научный процесс, в частности обостряет так называемую «утечку мозгов».

Чушь номер шесть о «утечку мозгов». «Несколько слов о пресловутой «утечке мозгов», на которую очень часто ссылаются многие наши ученые, видя исключительно в ней источник всех бед науки… Полагаю, это обычная спекуляция на проблеме бедственного положения науки. Не было и нет в украинской науке внешнего оттока мозгов, когда выдающиеся ученые покидают страну и работают во благо зарубежных корпорацій…Такого уровня ученых за последние десятилетия украинская наука просто не вырастила, и рынок научных услуг за рубежом (прежде всего США) пополнялся в основном учеными из Пакистана, Индии, Египта, Китая, России и других стран, и об этом не может не знать автор…».

Возможно, ученый-инженер Сасовский и не знает, а я знаю, что в Институте молекулярной биологии и генетики в начале 90-х годов работало около 300 научных сотрудников, за последние годы более ста из них выехали за границу, преимущественно в Западную Европу, США и Канаду.

Жаль, что мои коллеги не прихватили с собой выдающегося ученого А. Сасовского, который пишет: «Почему-то г-н Локтев не привел ни одного случая, когда ученый из Украины где-то там, в Силиконовой долине или в Оксфорде, работая на другое государство, сделал замечательное научное открытие, потрясшее мировое сообщество».

Товарищ инженер А. Сасовский и открыл бы, и потряс бы. Как в свое время потряс жителей Белой Церкви, когда написал, что выбросы металлургического комбината будут абсолютно безвредны для их здоровья.

Во-первых, интеллектуальная эмиграция, так называемый «brain drain», характерная для всего мира. В США едут ученые из Европы и Австралии, в США и Европе – выходцы из Индии, Китая. Особенно страдают от эмиграции научные учреждения России и Украины, идет отток не только талантливых ученых, теряются интересные научные разработки, изобретения. Понятно, что основная причина эмиграции – низкий уровень финансирования национальной науки, отсутствие реформ, которые бы концентрировали средства, выделяемые на приоритетных, необходимых для экономического развития страны направлениях. Вернутся на родину украинские ученые-эмигранты, как возвращались в 90-х годах ученые Гонконга, Южной Кореи, когда экономическая ситуация в этих странах улучшилась? Очевидно, нет. Что для них Украина, ее история, традиции? Уже на родине многие из них владеют английским языком лучше, чем украинский. Будут ли они так, как австралийские или индийские ученые, которые сейчас работают в США, искать научные коммерческие контракты и размещать их в украинских научных учреждениях, вкладывать деньги в Украину? Тоже нет, пока этого они не делают.

Итак, наука как общественное явление должна быть глубоко национальной по своей сути и по своим носителями – учеными.

Чушь номер семь о интернациональность научных кадров. «Кстати, японское экономическое чудо сотворила именно интеллектуальная прослойка ученых и инженеров, занимающихся прикладными и в меньшей степени фундаментальными научными исследованиями. В послевоенной, почти полностью разрушенной японской экономике оказались востребованными именно эти люди, которые и построили за два десятилетия ту процветающую страну… И удивляться здесь не стоит, нация постоянно получает государственную высочайшую установку, освященную ежегодной Сорочинской ярмаркой… При этом все участники движения облачены в шаровары и вышиванки. Так что о нанотехнологиях можно забыть надолго».

Уверяю Вас, товарищ инженер-психолог А. Сасовский, что японское экономическое чудо и основывалось на национальной сути. Японские ученые массово не покидали своей страны, они чувствовали себя частью своего культурного этноса. И хочу Вас заверить, что большинство из них довольно часто облачается в национальные кимоно. Простой вопрос: что бы сделали японцы с японцем Сасовским, если бы тот в иронической форме написал о кимоно? Ответ прост: подобных Сасовскому у них просто не существует.

На мой взгляд, наши ярмарки-фестивали, семейные традиции, праздники, народные песни, художественная литература, наша память о Голодоморе, Художественный Арсенал, наша православная религия воспитывают национально сознательных украинских ученых. Что касается  нанотехнологий, то предлагаю Вам, товарищ Сасовский, освежить память, взять билет и уехать в Харьков. Там Вы и найдете современные нанотехнологии, о существовании которых Вы и не догадываетесь.

И, наконец, заканчиваю, цитируя ученого-инженера А. Сасовского: «Отдельные ученые, как и академик Локтев, еще продолжают играть в эту сладостную затею под названием «потенциальные возможности Украины».  .Хочу Вам сказать, товарищ ученый, я тоже отношусь к этим «ОТДЕЛЬНЫМ ученыМ», которые верят в будущее украинской национальной науки. Я не только верю, но и активно работаю, воспитываю молодые кадры (кстати, никто из них не уехал за границу), пишу статьи только на украинском и английском языках, есть научные контракты по биотехнологии и, к сожалению, трачу личное время, чтобы опровергать все те глупости, которые Вы написали в такой уважаемой газете.

Бути Україні науковою державою