Концепция «русского мира» патриарха Кирилла как основная преграда развития православного христианства в Украине (небогословськи размышления верующего Украинской поместной православной церкви). Часть первая

(Полная версия статьи, сокращенно опубликовано в “Украинской правде” http://www.pravda.com.ua/columns/2010/09/3/5351447/ )

Yarmoluk.JPG.pagespeed.ce.x2JUCsde0L

 Проф. Сергей Николаевич Ярмолюк

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, выступая 3 ноября 2009 на открытии ИИИ Ассамблеи «Русского мира» в Москве, предложил использовать новый термин – «страна русского мира». По мнению патриарха, страна относится к «русскому миру», если в ней русский язык используется как язык межнационального общения (читай – государственный), развивается русская культура, хранится общеисторическая память (читай – написанная русскими историками). В отличие от братских союзов славянских народов России, Украины, Беларуси, давно уже набили всем оскомину, и парализованному ксенофобией евразийству, похоже, это что-то новое и, очевидно, заимствовано патриархом Кириллом из западного мира во время его многочисленных путешествий в Европу.

 Согласно этой концепции Молдова с ее преимущественно неславянским населением является страной «русского меру», поскольку значительное количество ее жителей говорит на русском. Как мило, как цивилизованно, совсем как во Франции, где темнокожих франкоязычных французов уже скоро будет больше, чем потомков участников Великой французской революции. Однако какой неоценимый вклад могут внести в развитие русской культуры неоросияны-неславяне из Абхазии или Молдовы? Это предмет отдельного разговора. Надеюсь, что они хотя бы не будут жечь автомобили, как неофранцузы из окрестностей Парижа.

Украина, безусловно, относится к «русского миру», все глубже туда всасывается, и не только одними молитвами патриарха Кирилла, а хорошо продуманной, щедро финансируемой украинской политикой российского правительства. На фоне несомненных успехов российских чиновников в «рускомиризации» Украины достижения Украинской православной церкви Московского патриархата (УПЦ МП) достаточно скромные, я бы сказал мизерные, в отличие от достижений других конфессий, в частности Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП).

В своем интервью «Украинской неделе» (№ 9 (142) от 16.07.10 г) Патриарх УПЦ КП Филарет отмечает: «Если говорить о статистике, то УПЦ КП имеет 30 епархий во всех областях Украины, 41 архиерея, три высших учебных заведения, три средних, свыше 50 мужских и женских монастырей, 4,5 тыс приходов, свыше 3 тыс духовенства и 14 млн верующих. УПЦ МП 9 млн верующих, но вдвое больше приходов и монастырей. Если говорить о влиянии, то УПЦ КП поддерживают украинская интеллигенция и общественные организации. А УПЦ МП – определенные политические партии и украинские бизнесмены. Поэтому УПЦ МП финансово богаче, а УПЦ КП – беднее. Но поскольку действует идея, мы сильнее»( Http://www.ut.net.ua/art/166/0/4131/ ).

Как случилось, что в соперничестве между двумя православными церквями победила церковь, которая не имеет существенной ни финансовой, ни административной поддержки? На мой взгляд, основная причина поражения УПЦ МП заключается в том, что она опирается на концепцию «русского миру», предложенную ее патриархом Кириллом. Надеюсь, что архиереи УПЦ МП понимают, что украинцы могут быть жителями «русского мира» и одновременно верующими конкурирующих с ними христианских конфессий.

Концепция «русского миру» в сознании рядового украинца основывается на советской культурной традиции, а не на собственно российской национальной. Воинствующий атеизм является важной составляющей этой постсоветской «рускомирной» культуры. Приходы УПЦ МП основном преобладают на востоке и юге Украины, где доминирует атеистическая «рускомирная» культура. Объективно они не в состоянии в этих регионах пополняться за счет взрослого (преимущественно урбанизированнго) населения. Понятно, что в западных и центральных областях Украины, где «руский мир», слава Богу, еще так глубоко ни укоренился, где сильные дедовские христианские православные традиции, обе украинские православные церкви динамично растут за счет взрослого (прежде всего сельского) населения.

УПЦ МП, в отличие от УПЦ КП, постоянно подчеркивает свою каноничностm. Каноничность, на мой взгляд, важная для так называемых формальных верующих, которые редко общаются с церковью, а если и общаются, то в формате денежно-товарных отношений. Они несут деньги в церковь и хотят получить качественную канонизированную услугу – крещение, венчание, прощение грехов. Формальных верующих не интересует, на каком языке говорит священник и вообще о чем он говорит? Главное, чтобы все было как у людей и по церковному обряду. В отличие от формальных, истинные верующие идут в церковь со своими болями и проблемами, они хотят, чтобы их услышали, поддержали, то посоветовали. Для них каноничность является второстепенной, на первый же план выходит личность священника, его умение общаться с людьми, язык, на котором он обращается к ним.

В Украине доминирует совсем другой тип верующих – так называемые «внецерковные» православные. По данным международного социологического исследования «Религия и религиозность в Украине», из всех, кто самоидентифицируется как христианин восточного обряда, больше половины считают себя православными, но не относят себя к Московскому или Киевскому патриархату. Около 40% опрошенных ответили, что ищут собственный путь общения с Богом, будучи православными. Поэтому можно предположить, что православность украинского населения уже не является классической. По мнению социолога Максима Паращевина, «она в значительной степени смещается в сторону самостоятельности: когда человек сам решает, во что ему верить и прислушиваться или не прислушиваться к наставлениям определенных религиозных организаций» (http://jerelo.info/Podiyi-v-Ukrayini/Ukrayintsi-navertayutsya-do-Boga.htm ). Понятно, что для «внецерковных» верующих каноность не является решающим фактором их возвращения к «воцерковленным» православным того или иного украинского патриархата.

На мой взгляд, «внецерковность» в большей степени обусловлена рудиментнsмы остатками русcкомирной атеистической культурной традиции в сознании взрослых украинцев, в меньшей степени – излишней публичностью межконфессиональных «разборок». В этом контексте отмечу, что пресс-службе Винницкой епархии УПЦ МП перед тем, как обнародовать на своем официальном сайте заметку о своей победе над «неканоническим» противником в борьбе за храм, не лишним было бы хорошо подумать, будут ли способствовать эти победные вести с межконфессионального фронта уменьшению количества внецерковных православных в Украине? (Http://orthodox.vinnica.ua/index.php?o=1758&l=2 ).

В этой же «фронтовой» заметке есть красноречивый абзац, который я дословно цитирую: «Есть в селе одна русская церковь, а мы себе строили украинскую церковь. И хотим чтобы по-украински там правилось, а мы ничего по церковно-славянскому не понимаемо, – говорит местная Лидия Пуздерко (о. Павел, перейдя в УПЦ, продолжает служить на украинскомред., примечание официальной пресс-службы Винницкой епархии!)». Интересно, знает ли о. Павел, что по концепции «русского миру», провозглашенной его новым патриархом, в будущем он будет обязан читать проповедовать исключительно на церковнославянском языке?

На мой взгляд, на украинском Востоке, особенно на Западе, УПЦ МП проигрывает из-за того, что она говорит с верующим на непонятным для него церковнославянском языке. Интересное логическое противоречие: согласно концепции «русского мира» священники УПЦ МП должны читать свои проповеди на русском языке как языке межнационального общения, а не на церковнославянском. И о. Павел, и мноо других его новых коллег священников подсознательно понимают, что использование русского и украинского языка в УПЦ МП способствует росту числа их верующих по всей Украине.

Однако при существующей тенденции уменьшения автономии УПЦ МП и принудительного приживления концепции «русского мира» патриархом Кириллом украинский язык со временем однозначно будет искоренена из храмов Московского патриархата. А значит, объективно это приведет к уменьшению количества верующих УПЦ МП в центральных и западных украинских областях. Как всегда, в УПЦ КП возможностей меньше. Считаю, что она вынуждена пользоваться только украинским языком, поскольку распространение русского языка в ее храмах однозначно повлечет потерю своих верующих и пополнение новыми жителями «русского мира».