Максим Стриха: у нас экономика, которой наука не нужна

Интервью с ученым, общественным и политическим деятелем, переводчиком, писателем, доктором физико-математических наук Максимом Стрихой. Беседовал Мыкола Вересень. Мы публикуем краткое содержание передачи.

Я прочитал некоторые ваши статьи, где вы сильно критикуете нынешнюю систему образования. Плохое образование, плохое министерство, не лучшее качество преподавательского состава, равнодушные студенты и т.д. Но, вы подчеркиваете, не смотря на все это люди идут в высшие учебные заведения. Является ли эта тяга, так сказать, имманентным людским геном – человек хочет знаний, не взирая ни на какие условия он их хочет.

Мыкола, я боюсь, вы уже дали ответ на вопрос. Когда мы посмотрим на историю, то человек во все эпохи хотел знаний. Конечно, всегда находились и те, кто знаний не хотел. И сегодня эта тенденция сохраняется – люди пытаются получить образование, настолько, насколько это возможно. Кто-то в Украине, кто-то, у кого есть соответствующие возможности, нет.

Уезжают за границу?

Да, уезжают за границу, к сожалению, потому что наше высшее образование не дает должного уровня знаний. И мы постепенно теряем самых лучших, самых талантливых наших студентов, потому как их обучение за границей обычно влечет за собой работу за границей и это уже на всегда.

Значит, получается, что в головах молодых людей существует две тенденции: внутренняя, выражающаяся в вопросе “а зачем мне это”, и общеевропейская – “знать нужно”.

Я бы не сказал, что все стоят на позиции “зачем мне это”. Я сужу по своим студентам. Им с одной стороны, легче, чем было нам – у них есть интернет, у них есть доступ до такого массива информации, про который нам и мечтать не приходилось. Но у них много жизненных проблем: иногда парень или девушка не приходят на пары только из-за того, что вынуждены работать в ночную смену, – это тоже реалия нашего времени. Потому те, кто действительно тянутся к знаниям, они есть и сейчас. Но, к сожалению, стает больше тех, кто “тянется” лишь к диплому. Но они тоже мотивированы, они видят, что происходит в обществе, кто чего добивается и кто стоит у власти… И они понимают: зачем серьезно учиться, когда можно этого не делать.

Я знаю, что вы работаете в Институте физики полупроводников. Сколько там молодых специалистов появилось за последние 5-7 лет?

Сейчас появляются. Но вопрос в том, как им потом там остаться. Я сужу по своим студентам на радиофизическом факультете: большинство талантливых ребят, так уж выходит, не киевляне. Да, они могут потом поступить в аспирантуру, они могут вовремя защититься, но потом они теряют право на аспирантское общежитие, и никаких легальных возможностей дальше, работая в науке, обеспечить себе хоть какое-то элементарное жилье в Киеве, у них уже нет. Они обязаны либо переквалифицироваться, либо ехать за границу. И поступают либо так, либо так.

А нет ли в этом проблемы, что слишком много людей с высшим образованием? Да, можно выделять какие-то государственные деньги, но если выпускать, скажем, радиофизиков – миллион в год, то никаких денег никакого государства не хватит. 

Давайте разделять понятия. Людей с абстрактным высшим образованием не так много6 хотя есть общества, которые  требуют 100% массового высшего образования. Другое дело, что у нас есть несколько глупостей; у нас, скажем, фактически не пользуется спросом бакалавры. Наши бакалавры получают такой уровень знаний, с которыми фактически и работать не возможно.

Если же мы говорим про ученых, то за последние двадцать лет у нас достижения в кавычках очень серьезные. Общее число людей, которые в Украине проводят фундаментальные исследования, сократилось почти втрое, с 300 000 до 100 000 с небольшим. Почти в паять раз сократилось число людей, которые работают в естественных и технических науках. Сейчас мы уже видим, что ам фатально не хватает квалифицированных инженеров. В качестве примера: рядом с моим домом на улице Франко периодически возникает яма, после каждого дождя, и коммунальщики на моей памяти борются с ней уже лет пять. Их усилий хватает на пару месяцев, максимум. Это означает, что технологическая культура упала уже так, что дальше некуда… Сегодня по числу ученых мы уже уступаем странам, которые, скажем, никогда и не считались передовыми – Испании, скажем. А скоро пропустим вперед и Румынию. И Украина, которая все еще имеет, по нескольким направлениям, хорошую науку, сейчас находится в ситуации ожидания – когда мы и это все-таки утратим.

Беда в том, что если сейчас все отомрет, то за 10-15 лет – естественным путем. Просто уйдут специалисты: не будет, кому учить студентов, кому готовить хороших докторов и кандидатов. И возродить-то потом будет невозможно! Дело в том, что научные школы – это такая подлая вещь, которая создается на протяжении десятилетий, столетий. И сейчас у нас есть примеры стран, которые вкладывают огромные деньги в создание собственной науки – Турция, Ирландия, Бразилия… Что-то выходит, но при всех немыслемых капиталовложениях они не достигли даже уровня сегодняшней украинской науки. А Польша, кстати, тратит сегодня на свою науку в пять раз больше, нежели Украина, заметно начинает нас опережать.

Академия наук, безусловно, очень консервативная структура. Она благодаря своему консерватизму сохранилась до нынешнего времени. Спасибо Борису Евгеньевичу Патону – Академию и ее имущество спокойно могли бы разворовать в 90-е, и после этого проблемы науки в Украине бы больше не существовало. К счастью, этого не произошло. Но по причинам этой же консервативности и в силу причин естественных через некоторое время Академия наук может оказаться в ситуации коллапса. И тут все может произойти очень быстро. А гибель академии будет означать полную гибель естественнонаучных и технических направлений в науке, гуманитаристика-то как-то выживет в универститетах, она не требует больших денег. Что-то еще в университетах еще сохранится, но большая часть будет утрачена и не будет уже подлежать возрождению. К сожалению, лидеры этой опасности не понимают. Причем, ни во власти, ни в оппозиции. Просто их образовательный уровень и жизненный путь таков, что они никогда не интересовались этой наукой и не понимают. И не понимают, что ситуация, когда вся украинская наука стоит государству столько же сколько один, пусть и классный футбольный клуб – это не нормально.

Есть понимание того, как все-таки эту проблему можно решить?

Я бы не стал бить себя в грудь и кричать: науку в Украине необходимо реформировать! Да, реформировать необходимо, но назову одну цифру – сколько украинские ученые в год печатают статей в международных изданиях – немногим больше 5000. Это не так много, но если учесть, что мы тратим на науку в год в 30 меньше, чем Россия и в 300 раз меньше, чем США, выяснится, что у нас одна такая статья – а уровень статей-то, понятное дело, примерно одинаково – стоит на порядки дешевле. Так что позитивный потенциал украинской науки на единицу потраченных средств куда выше, чем в США. И нужна ли тут реформа?

Нужно. Да, та же Академия очень консервативна, и механизмы принятия решения зачастую таковы, что были эффективны лет восемьдесят назад, а жизнь меняется. Но проблема все же, повторюсь, не в самой науке. Главное – ее сохранить. Главное – это наша экономика, которой сегодня наука не нужна. Вот как это изменить? Мы любим кричать про инновации, но на сегодняшний момент в Украине задушены все возможности для любого проявления инновационности. Как сделать так, чтобы результаты научных исследований были нужны и интересны самому государству – вот это большой вопрос. И как сделать, чтобы украинские ученые могли нормально выходить и конкурировать на международном интеллектуальном рынке.

И как? Есть ответы на эти вопросы?

Ответы достаточно просты. По крайней мере, на второй вопрос. Тут нужно изменить идиотское законодательство. А вот как государство и экономику заинтересовать… Это сложно. Потому что это находится в сфере фундаментальной перестройки всей экономики страны. Пока строится экономика, которой наука не нужна.

Источник: http://polit.ua