Наука – это дело энтузиастов

Если бы наука стала прибыльным процессом, в ней бы оказалось много случайных людей

Без молодежи наука не имеет будущего. На этой истине раз подчеркнул президент Национальной академии наук Украины Борис Патон, открывая недавно Всеукраинский фестиваль науки. Без молодого пополнения научно-исследовательские институты обречены на недолгое существование. Это должны осознавать директора академических учреждений, академики и члены-корреспонденты почтенного возраста. Правда, есть исключения, и так хочется, чтобы они не оставались единичными.

Директор Института пищевой биотехнологии и геномики НАН Украины, академик НАН Украины Ярослав Блюм с гордостью демонстрирует отремонтированые по последнему слову евростандартов лаборатории, оснащенные новейшим оборудованием, и знакомит с теми, ради кого это сделано: 50 процентов научных сотрудников академического учреждения, созданного 2 июля 2008 – молодые ученые. На мой вопрос, каким образом удается удерживать их в институте, отвечает:

– Конечно, материально. Когда зарплата аспиранта составляет 1200-1300 гривен, то, посчитав, сколько необходимо потратить на проезд по городу каждый день на работу, становится непонятно: а как выживать за эти деньги? Поэтому и используем все возможные способы поддержки молодых сотрудников. Это и стипендии Президиума Академии, Президента Украины, гранты Президента, конкурсы на которые объявляет Государственный фонд фундаментальных исследований, различные премии (НАН Украины, Верховной Рады Украины, Президента Украины для молодых ученых и другие). Мы стараемся систематически участвовать во всех возможных объявленных конкурсах, чтобы наша достойная молодежь получила хоть и непродолжительную, но все равно поддержку.

А еще – гранты. По сути, это единственный источник, из которого можно обеспечить участие в международных симпозиумах. Пытаемся искать стажировку за рубежом. Хотя здесь есть одно «но». Я сторонник таких стажировок (несмотря на то, что убежден в истинности утверждения о интернационализме науки), после которых мои сотрудники будут возвращаться назад, в родное учреждение. Другого не пропагандирую. Таким образом, используем двусторонние соглашения, конкурсные проекты, которые являются хорошей возможностью для поддержки.

Академик Ярослав Блюм говорит, что самое трудное в нынешних реалиях молодым работникам, только приходят в институт на должности младшего научного сотрудника или ведущего инженера, не имея ни ученой степени, ни жилья … Первые ступени к научной карьере всегда преодолевать очень непросто. На самом деле, убежден ученый, эти вопросы не так уж и трудно решать. Надо – чтобы государство лицом повернулась к ним …

… В Институте пищевой биотехнологии и геномики НАН Украины мы встретились с молодыми научными сотрудниками отдела геномики молекулярной биотехнологии лаборатории клеточной биологии и нанобиотехнологии, кандидатами биологических наук Дмитрием Литвиным и Ириной Шеремет. Недавно они еще с одним своим коллегой – Юлией Красиленко – единственные из Украины (!) завоевали грант от компании «ОПТЭК». Участие в конкурсе украинские ученые принимали впервые, а их работа по биологии была оценена на 11 баллов из 12 возможных. Кстати, эта компания, созданная в 1846 г. в Германии (г. Йена) и известна как «Carl Zeiss», предлагает высокотехнологичные решения в сферах науки, образования, медицины и промышленности. Программы грантов от «ОПТЭК» предусматривают поддержку молодых ученых из России, Украины и стран СНГ с целью предоставления дополнительных возможностей для профессионального роста благодаря освоению новых технологий и методов, стимулированию академической мобильности, развитию практики коллективного использования научно-исследовательской инфраструктуры в современных, хорошо оборудованных лабораториях в направлениях биологии, медицины, геологии, материаловедения, нанотехнологий, физики и т.

Работа молодых исследователей из Украины стала обобщением нескольких тематик, над которыми они работают, и была посвящена изучению защитных механизмов клетки растений от воздействия повышенных доз ультрафиолета среднего диапазона, или, как называют ученые, ультрафиолета В. Его негативное влияние на живые организмы в последнее время существенно возрастает в связи с разрушением озонового слоя атмосферы. Этот аспект исследования и видение молодыми учеными своей миссии в науке – в разговоре с Дмитрием ЛИТВИНОМ и Ириной ШЕРЕМЕТ.

Д. Л. – Ультрафиолет В – агрессивный и наименее исследованный компонент солнечного излучения. А затем – интересный для ученых. Озоновый слой Земли тоньше, большая часть этого спектра излучения достигает земной поверхности в то время, как земные экосистемы к нему не готовы.

Традиционным объектом наших исследований в отделе геномики и молекулярной биотехнологии является цитоскелет растения – клеточная структура, которая определяет клеточные механизмы от разделения к дифференциации, роста, реакции на внешние раздражители и т. Как модель, он очень хорош для изучения именно влияния внешних факторов, так как большинство из них опосредуется через этот растительный цитоскелет.

Важным звеном клеточного защиты по отношению к внешним стрессовым воздействиям является оксид азота, сигнальная молекула, которая задействована в регуляции многих клеточных процессов. Одна из функций этой молекулы – регуляция влияния клетки на негативные процессы. Это как биотические факторы (инфекции, вирусы), так и абиотические (температура, излучение). Какраз целью нашей работы было обобщение, с одной стороны, исследования на модели цитоскелета влияния на растительную клетку излучения и низких температур.

С другой стороны, используя доноры оксида азота, мы изучаем механизмы устойчивости – потенциальные механизмы, которые могут в дальнейшем стать основой для разработки механизмов защиты растений и дадут возможность более полно понять их.

– Практическое значение своей работы вы непосредственно связываете с новыми технологиями оптимизации растений, в частности агрокультур?

Я. Ш. – Практическое значение нашей работы – это разработка и применение механизмов, которые помогут нам, во-первых, понять процессы, происходящие в растении. Во-вторых, использовать их для сельского хозяйства, для отработки и внедрения новых методик в дальнейшей практике.

Д. Л. – В общем, работа должна иметь фундаментальный характер. Чем лучше будем понимать механизм и будем иметь больше информации, тем адекватнее сможем влиять на этот процесс. Моделируя в лабораторных условиях определенные стрессовые условия, в дальнейшем мы сможем разрабатывать системы защиты растений для сельского хозяйства.

Путь к этому очень длинный?

Д. Л. – Очень длинный и тернистый.

Я. Ш. – На самом деле очень много сделано. Мы имеем ряд публикаций в престижных международных журналах, напечатанных в течение последних двух лет. Кстати, за счет этого и получили грант «ОПТЭК». Наша работа выполнена на достаточно хорошем международном уровне. Конечно, достичь этого нам помог директор Ярослав Борисович Блюм – известный в научном мире эксперт по исследованию цитоскелета растительной клетки, и заведующая лабораторией клеточной биологии и нанобиотехнологии, доктор биологических наук Алла Ивановна Емец, непосредственно вовлечена в выполнение этой тематике.

Вообще, можно быть гениальным ученым в узком кругу единомышленников. Но если исследователь не получает достойных результатов, соответствующих современному методическому уровню, и не представляет их достойно в ведущих специализированных изданиях, то результаты работы останутся в пределах очень узкого научного круга. У нас, в институте, ориентация такова: если вы делаете науку, то она должна быть качественной, а результаты – опубликованы в тех журналах, которые имеют высокий импакт-фактор.

– Многие отечественные ученые сетуют на то, что западная система определения эффективности научной деятельности для нас не совсем уместна.

Д. Л. – Если ты ученый, то главный критерий, по которому тебя оценивают, – список опубликованных статей. Весит то, что ты опубликовал и где. Чем лучше журнал, в котором увидели свет твои статьи, тем лучше ты как специалист. Вот это главный критерий.

Прошли уже времена, когда ученые публиковались в местечковых журналах, которые никто не читал, и были местечковым авторитетом. Но наука не местечковая, она интернациональна. Если сидеть в такой скорлупе, то и мир будет для тебя в пределах этой скорлупы …

Я. Ш. – Сейчас конкуренция в науке очень мощная и достаточно трудно держаться в ней на высоком уровне. Надо постоянно быть на острие научных исследований и занимать свою нишу, изучать актуальные вопросы, которые будут востребованы.

– Вы получили годовой грант. Что в перспективе?

Д. Л. – Научный процесс непрерывный. В течение работы будем получать новые результаты, анализировать их, задавать другие вопросы и задачи, развивать тематику, углублять ее.

Я. Ш. – Вообще-то, выигранный грант – это средство, которое позволит опубликовать наши научные данные и представить их на суд международного научного сообщества. Ведь презентация результатов на международных конференциях – это весьма ценный процесс.

Мне кажется, что в нашей стране быть молодым ученым – своеобразный подвиг. Что помогает работать в науке?

Д. Л. – Наверное, только личная мотивация. Я люблю свое дело, мне нравится биология – это главная мотивация. Мы же небольшие деньги зарабатываем. Наука – это дело энтузиастов.

Очень ценная вещь, за которую мало платят …

Д. Л. – Именно так. Деньги, которые тратим для научных целей, намного больше чем те, которые зарабатываем. Но так и должно быть. Если бы наука стала прибыльным процессом, то в ней оказалось бы очень много случайных людей.

Я. Ш. – основной стимул посвятить себя научной деятельности – это стремление к новым открытиям. Ранее, когда во время общения со сверстниками я говорила, что занимаюсь наукой, – немые укоры собеседников заставляли чувствовать себя «белой вороной». В последние несколько лет тенденция несколько изменилась. Многие люди идут в науку, зная, что дивидендов от нее не получат.

– Вы считаете, что в Украине тоже можно делать качественную науку?

Я. Ш. – Думаю, на самом деле науку можно делать и здесь. Качественную науку. Ранее тема исследований, над которой я работаю, требовала использования очень дорогого оборудования, в частности конфокального микроскопа, поэтому приходилось ездить в Бельгию, где был такой прибор. Когда же вернулась в Украину, сложилось так, что для института приобрели конфокальный микроскоп, и, поверите, он был на несколько порядков лучше, чем тот, на котором я работала в Антверпенском университете. У нас есть все средства для того, чтобы делать качественную науку «дома».

Д. Л. – Если сравнивать научно-техническую базу в нашем институте, то она мало чем отличается от западной (несколько лет Дмитрий работал во Франции. – Авт.). Думаю, это еще одна причина, почему молодые ученые остаются работать в Украине: начали появляться лаборатории современного уровня. Зачем же тогда менять устоявшуюся жизнь на неизвестную западную? Все зависит от уровня работы, который определяет уровень публикаций, от которого, в свою очередь, зависят проекты, выполняемые в этом отделе, которые определяют финансирование и т. Д.

– А что зависит в таком случае от директора?

Д. Л. – Наверное, от директора зависит абсолютно все! В нашем случае, он заведующий отделом геномики и молекулярной биотехнологии, в котором мы работаем. На самом деле уровень ученого зависит от того научного направления, которое он выберет. Надо обладать большим массивом информации, чувствовать тенденции к тому, что будет актуальным сегодня и завтра. Это редкий талант. Мало только знать. Надо уметь выхватить информацию и иметь интуицию настоящего ученого, в чем можно быть первым. Это очень важно – быть первым.

– Чего вам не хватает сегодня, чтобы делать науку еще качественнее?

Я. Ш. – Конечно, хотелось бы лучшего финансирования. Ведь реактивы, с которыми работаем, очень дорогие. Система их закупки в нашем государстве сложная. Для ученого очень важно иметь все инструменты, с которыми можно работать сейчас. Если же приходится ждать определенного реактива в течение нескольких месяцев, то приостанавливается сам экспериментальный процесс или растягивается на несколько месяцев.

– Почему никто из вас не жалуется по поводу небольшой зарплаты научного сотрудника?

Я. Ш. – Мы работаем в государственном учреждении и понимаем, что не все зависит от нас и директора …

Д. Л. – Конечно, если бы государство оценивало мою работу втрое выше денежным вознаграждением, я бы не говорил: «Заберите обратно» (смеется).

– О чем мечтаете сейчас, ведь май обещает жаркое лето?

Д. Л. – Пережить Евро-2012, а для этого надо бежать куда-то из города …

– Ярина, а красивые девушки тоже мечтают «бежать» из Киева?

– Я убеждена, что в Украине не только много красивых, но и достаточно умных девушек. И это надо популяризировать.

У нас хорошая страна. Для меня стало настоящим открытием недавнее путешествие Западной Украиной. Я много путешествовала по Европе (благодаря науке!) И мечтаю делать это еще и еще. Кстати, увидеть мир, посетить много мероприятий, познакомиться с интересными учеными – очень весомые преференции, чтобы выбрать научную карьеру. Ведь это означает, что вы всю жизнь будете учиться и всю жизнь будете окружены умными людьми. Если вам, конечно, повезет …

Беседовала Ирина НИКОЛАЙЧУК

Источник: http://www.nas.gov.ua